Скольжение длиною в жизнь! (часть 2.2)

Автор: 

Максим ГОРЛОВ

  Поездка в Приэльбрусье. Гора Чегет.

      

     После поездки в Домбай, я еще больше укрепился в мыслях, что надо  освоить скольжение на горных лыжах.  Мой адреналин возрастал от скорости и от поворотов  на большой скорости.  В следующую зиму я несколько раз выбирался скользить в Крылатское, там я и познакомился с  Вячеславым  Ивановым.  Он был альпинист и горнолыжник, работал  в Черноголовке  в академическом институте. Специальность его не помню, кажется, биохимик или биолог.  Он мне и рассказал, что в Приэльбрусье,  на горе Чегет,  пустили кресельный подъемник и горы там, что надо. Путевок туда нет, но можно остановиться у местных жителей в поселке Терскол. Путевки в близлежащие турлагеря меня не интересовали.  Он тоже там не был, но кто- то из его альпинистов уже там был, возможно, летом.   Я понял,  что мой адреналин – это гора Чегет.   Иванов  часто заходил ко мне домой и иногда оставлял свои лыжи, чтобы ему не тащить  их  по всей Москве.  При скольжении в  Крылатском у меня не было энтузиазма, т.к.  приходилось ногами лезть в гору и  за время скольжения   получалось 10-12 спусков с горы. Конечно, много времени уходило и  на разговоры.  Техника у меня не улучшалась, лыжи были длинные   и поэтому после пологого поворота несся прямо вниз, крича, чтобы посторонились. Я понял, что надо избавляться от лыж длиной 210 см и искать себе лыжи более короткие.  Вскоре мне  предложили купить лыжи «металл»  190 см, но тоже польской фирмы. Можно было купить  и лыжи болгарского производства фирмы Младость, но о них отзывались плохо. Даже ходило такое выражение: хочешь сделать другу гадость- подари ей лыжи Младость.    Я купил   польские  лыжи  и чувствовал, что теперь дело с поворотами при скольжении  пойдет веселей. Крепление  на лыжах  представляло из себя маркер с фиксированным задником и высвобождающейся головкой.   Ботинки были сшиты из толстой кожи, имевшие   плоскую твердую подошву и усиленный задник.    На лыжах я стоял уверенно, этого отнять было нельзя. Возможно, сказалось, что я играл в хоккей и там  приобрел устойчивость.   Для  подтверждения устойчивости  мы иногда с середины горы в Крылатском  пытались скользить на одной  лыже  по прямой, другую лыжу просто поднимали над  склоном.  Иногда получалось проехать больше половины пути.                                                                                                   В  один  из воскресных дней после скольжения в Крылатском с  Ивановым, мы   зашли ко мне домой, оставили лыжи и  решили  пообедать вне дома. Купили в магазине  бутылку водки и  пошли  в ближайший  местный ресторан. На пересечении Ярцевской улицы с Рублевским шоссе был небольшой ресторан.  Название ресторана я  не помню. На первом этаже были  раздевалка и туалеты, а на втором небольшой зал. Водка в ресторане стоила более чем в два раза дороже, чем в магазине.  Рестораны  на спиртном делали свою выручку.  Инженеры не могли потакать  ресторанам в этом вопросе. Зашли, разделись, поднялись на второй этаж и  заняли столик в самом углу, народу в зале было мало. К нам подошла официантка. Иванов заказал бутылку  воды без газа,  что-то из закуски и суп харчо. Вода с газами могла нас выдать. Мы посмотрели друг на друга, как бы сверяя свои мысли: удастся   ли   при этой официантке разлить водку за столом или нет.  Противоречий не обнаружили. Принесли минеральную воду (возможно и не минеральную). Иванов разлил минеральную воду по бокалам и сразу выпил свой бокал. Я свой бокал не трогал, чтобы запутать наблюдателей, если таковые были. Официантка на горизонте не наблюдалась.  Иванов  под столом вскрыл бутылку, взял бокал, опустил его чуть ниже уровня стола и приготовился налить в него водку.  Внезапно появилась официантка из-за шторы, закрывающей вход на кухню. Иванов сидел спиной и не видел момент  старта официантки.   Я сразу дал сигнал: « идет, бокал на стол», но было поздно. За нами велось наблюдение.  Практически, как в Филевском парке, о котором сказано было выше.  Нам было сказано, что разливать спиртное в ресторане запрещено  (в парке, правда, нам  было сказано,  что пить нельзя в общественном месте)  и она этого не допустит.  Договориться не удалось. Видимо, она была психолог и глаз у нее был наметан на инженеров.  Открывать секрет, что мы и есть   инженеры, мы не стали.  Сотрудникам СКБ-38 ( КБ им. А.А Расплетина)  не советовали  посещать центральные рестораны, куда ходили иностранцы.  В центральных ресторанах Москвы  были люди из КГБ, которые постоянно вели наблюдение за посетителями. Я думаю, в местных ресторанах этого не было. Иванову пришлось  закрыть бутылку и спрятать ее в карман  спортивных штанов. Хорошо, что у него в штанах были приличные карманы. Я смотрел на него, а он на меня. Я сказал: «Ладно, пообедаем, а водку выпьем у меня дома». Конечно, на сытый желудок пить водку как-то  не по-русски.  Начало было  прямо как в песни:  Раз пошли на дело, Выпить захотелось, Мы зашли в  фартовый ресторан…                                                                     Нам,  правда, захотелось выпить  после дела  (скольжения на лыжах как в гору ногами, так и под гору) и зашли мы явно  не в  фартовый  ресторан, а в местную харчевню.  Иванов  посмотрел на меня, встал и произнес: « Я сейчас» и вышел.  Я подумал, что он в туалет.  Через  5 минут он появляется, наливает себе минеральную воду, выпивает и говорит: «Что не принесли еще закуску».  Я молчу. Иванов  произносит: «Выйдешь из ресторана, скажешь покурить, слева второй сугроб, увидишь дырку в сугробе, я оставил там бутылку.  Стакана у гардеробщика нет или не хочет дать.  Выпьешь и воткни бутылку опять  в снег».  Я сказал: « Хорошо, поторопи официантку», что я мог еще сказать, не бежать же домой за стаканом.  Вино из горла – вроде ничего, а вот водку  менее приятно.  Я вышел,  легко нашел дырку в сугробе, видимо, до нас никто не охлаждал водку таким образом. Я не мог вспомнить, когда я пил водку  из горла, но отставать от Иванова было неприлично.  У меня нет опыта, чтобы перевернуть бутылку и не глотая заливать водку  во внутрь,  пришлось пить глотками.  Лучше пить не прерываясь, второй раз может и не пойти, все-таки инженер, почти интеллигент, хотя и без очков.  Прервался, посмотрел сколько осталось в бутылке, закрыл  и воткнул в снег, правда, в другой сугроб, справа от выхода. Прежнее гнездо было слишком  растрепано.  Поднялся в зал, закуска была на месте.  Сходили еще раз по очереди «покурить» и харчо прошло на «ура».  Обед был, конечно,  не кремлевский, который, правда, состоялся намного позже, а настоящий обед тружеников- горнолыжников, которые в несгибаемых ботинках  искромсали весь склон. В конце такого «скольжения» силы  были на исходе, их надо было восстановить, что мы и сделали.  Вспоминается диалог из фильма «Берегите мужчин» ( режиссер Александр Серый) между героями Артуром Карповичем и Марфой  Петровной.                         А.К. -  Ночью возле лифта я наткнулся на три пустых водочных бутылки и два граненых стакана. Что это значит?                                                                                                        М.П.- Вероятно один пил прямо из горлышко. Наверное, это строители.                                  Да, это наш случай. Нам тоже не хватило стакана и пришлось пить из горла, правда, мы не строители, а инженеры. И не у лифта, а у входа в ресторан. Если фильм  «Берегите мужчин» это комедия,  то в нашем случае это трагедия: у гардеробщика в 60-х годах прошлого века  не нашлось граненого стакана!  Обед запомнился на всю жизнь своей нетрадиционной подачей спиртного. Сейчас, когда я пишу эти строки, я подумал, а что если открыть такой ресторан, например в Ильинском или Барвихе,  там всегда можно найти сугробы. Возможно, это имело бы успех у «современной» крутой молодежи. Причем поиск  бутылок в сугробах можно было бы приравнять к  спортивному ориентированию в лесу.    Я представляю, как одновременно  несколько  молодых людей  из ресторана лазают по сугробам и ищут каждый свою бутылку. И не факт,  что каждый крутой молодой человек  сегодня умеет читать схему и ориентироваться по ней. Таким образом, можно было бы  бороться с чрезмерным употреблением молодежью спиртного. Конечно, тогда я об этом не думал,  тогда «горели трубы», надо было их  охладить.  Несколько раз на даче я видел группу молодых людей, бегущих по лесу с горящими глазами  и держащих в руках карту, эта молодежь не была похожа на наших придуманных героев.                                                                                                                                                       В конце февраля 1965 года я решил  ехать на Чегет.  Мне не удалось сагитировать никого из знакомых  поехать за компанию  и я поехал один.                                                                       Отпускное настроение вселялось уже в аэропорту Минеральные воды,  во- первых, весенняя солнечная погода,  во- вторых,  вокруг тебя юноши и девушки тоже с горными лыжами.  Городским транспортом добираешься до автовокзала. Первый автобус на Терскол отходит около шести часов утра. В день уходит 3 или 4 рейса.   Когда вылетаешь из Москвы, стараешься подобрать рейс, чтобы успеть на первый автобус из Минвод на Терскол.  Понимаешь, что едешь без путевки и без договоренности о жилье, поэтому в поселок Терскол надо добраться засветло, чтобы подыскать жилье.  Когда едешь один, то  думаешь по дороге найти себе напарника, чтобы совместно снять жилье и вместе проводить время. Удобнее всего это сделать на автобусной остановке в Минводах, т.к. видно кто едет один и можно поговорить об  организации совместного отдыха.  Так я и сделал, я подошел к молодому человеку   на остановке. Он представился  студентом из МГУ, который едет первый раз в Терскол и тоже без путевки.  Мы договорились вместе искать комнату для проживания.   Как звали его точно не помню, т.к.  после катания мы с ним больше не встречались.  Мы предполагали прибыть в поселок Терскол  с учетом всех остановок автобуса  к 12 часам  дня.   Остановки предполагались в Пятигорске, Баксане, Тырныаузе и конечная  остановка поселок Терскол.           Автобус примерно через час прибыл в город Пятигорск, остановка 10-15 минут и едем далее.  Вокруг  простирались поля, на которых уже велись сельскохозяйственные работы. В моей душе,  как и при поездке на Домбай, начало зарождаться  отпускное   « адреналиновое поле».  Примерно через  2 часа после Пятигорска   автобус свернул в Баксанское ущелье.  По дну ущелья несет свои мутные воды бурная горная река Баксан, берущая начало из ледников Эльбруса.  Ущелье сказочно красиво!      Это кабардино-Балкарская земля.            Территория современной республики Кабардино-Балкарии была заселена еще с древнейших времён. В 1557 Кабарда (правитель Темрюк) вошла в состав Русского государства. А в связи с женитьбой Ивана IV Грозного на кабардинской княжне Марии Темрюковне ( вторая жена)  отношения между Кабардой и Россией укрепились.                                                              Дорога то спускалась  к самой реке, то поднималась  на головокружительную высоту, проходя под нависающими скалами. Местами она настолько узка, что невозможно разъехаться со встречной автомашиной.   Через несколько часов пути добрались до города Тырныауз ( старое название:  Нижний Баксан).  Остановка около 30 минут. Все могут сойти с автобуса и сходить на местный рынок и в городской туалет,   можно и  перекурить. Я курил относительно мало, но в таких случаях всегда поддерживал компанию. Бросив взгляд на горы, видишь канатную дорогу, по которой движутся грузовые вагончики. Это работает вольфрамо- молибденовый комбинат.  В Тырныаузе делают остановки все автобусы, следующие в Терскол. За  городом Тырныауз  началась наиболее живописная часть пути, проходившая уже по высокогорью. Ущелье сузилось, горы стали более суровыми и высокими. В конце ущелья увидели первый настоящий ледник на склоне какой-то горы, сверкающий ослепительной белизной. Позднее узнали, что это горы Главного Кавказского хребта Донгуз-Орун и Накра-Тау. Кроме запланированных остановок, автобус останавливался и высаживал туристов, едущих по путевкам в «Шхельду», «Адел-Су»,  на базу «Эльбрус» в Тегенекли и по желанию отдельных туристов. Недалеко от Тегенекли  лиственные низкорослые леса и кустарники, сопровождавшие нас по всему ущелью, сменились прекрасным сосновым лесом.  Тегенекли –это  старинное балкарское село, имеет многовековую историю. Тегенекли с балкарского «корытообразное». От этого села примерно 20 км до поселка Терскол.  Из интернета я узнал, что до революции все земли, находящиеся в верховьях Баксанского ущелья, в том числе и массив Эльбруса, были личной собственностью балкарского князя Урусбиева, жившего в селении Верхний Баксан, которое в те годы называлось «Урусбиево».                                                                                                                                      Приэльбрусье в 60-х годах прошлого столетия становится центром горнолыжного спорта  в СССР. Началось строительство канатно- кресельной подвесной дороги на гору Чегет.  В 1963 году  строители приступили к строительству современной многоэтажной гостиницы Иткол, жилых домов в поселке Терскол  для обслуживающего персонала.  На окраине поселка  Терскол  Центральный Дом Советской Армии (ЦДСА) приступил к строительству восьмиэтажной гостиницы и ряда сооружений спортивного комплекса.
             Первый раз я приехал на Чегет в конце февраля  1965 года. Всего я был на Чегете  пять  раз. Последний раз в 1976 году.   В трех километрах  до  поселка Терскол,  наш автобус подъезжает к гостинице Иткол.  Гостиница Иткол  в первый мой приезд  еще не была  открыта, шли последние отделочные  работы. В начале октября 1965 года она  начала работать, рассчитана она была  на 320 человек. В зимнее время она предназначалась для спортсменов-лыжников, а летом для туристов. Часть здания отвели для иностранных гостей. Справа от входа был небольшой каток.                                      
Эта гостиница знаменита тем, что в ней в 1966 году, т.е. на следующий год после моего первого приезда на Чегет,   проживали артисты и съемочная группа художественного фильма «Вертикаль». Из ее окон хорошо видны вершины гор Накра, Донгуз-Орун, Чегет и величавого двуглавового Эльбруса.   На фото гостиница Иткол.                                                                                                                                                                                                                          
                                                        Когда однокурсники-дипломники ВГИКа С. Говорухин и Б. Дуров  приехали в Одессу, им предложили «горящий» сценарий об альпинистах с вызывающим названием    « Мы- идиоты», но потом переименовали на «Мы-одержимые» , в конце концов, однако, фильм вышел под названием «Вертикаль». Это может быть произошло и под влиянием  песен В. Высоцкого.     Видно, что в то время  с юмором в Одесской киностудии было все в порядке. (  Рассказ С. Говорухина  газете «Факты»).                                                                        Фильм «Вертикаль» с  В. Высоцким снимался в основном в горах Кавказа. На съемки выезжали в Шхельдинское ущелье.  В книге Юрия Сушко « Владимир Высоцкий. По-над пропастью» приводится любопытная деталь  создания фильма :                                    « Станислав, имевший кое-какой альпинистский опыт, улетел на Кавказ выбирать натуру, а Дуров отправился в Москву - срочно искать актёров и автора. Обратился к Юрию Визбору. Тот почитал сценарий и посоветовал дебютанту самому подобру-поздорову "линять с этого проекта". Вот такая была предыстория этого фильма. Потом появился Высоцкий».  Эта одна версия.                                                                                                                      Другая версия ( В. Высоцкий снимался у Киры  Муратовой в фильме  «Короткие встречи» и был  занят):  на роль поющего радиста первоначально был приглашен Ю. Визбор. Ю. Визбор  прошел пробы и был утвержден, но передумал перед самым началом съемок и отказался от участия в картине, о чем впоследствии жалел. Тогда на смену ему режиссеры пригласили Владимира Высоцкого.  В.Высоцкий о фильме сказал так: «Плохой сценарий, но можно сочинить много песен». Специально для фильма В. Высоцким были написаны песни: «Песня о друге», «Вершина», «Скалолазка», «Прощание с горами», «Баллада об альпийском стрелке» и «Свои обиды каждый человек».  Песня «Скалолазка» была по требованию худсовета удалена из фильма. Во время съемок фильма В. Высоцкий не пил, у него постоянно болело горло, петь ему было запрещено.  На съемках  он бывал эпизодически, т.к. часто летал в Москву. Он отказался       от  посещения Эльбруса, когда его пригласили и куда возили других участников, мотивировал он тем, что в нем уже рождаются песни и он не может отвлекаться.                                                                                     В одном интервью с  журналистом   С Говорухин сказал :                                                        -« Мы с ним встречались до этого, я его даже не запомнил - сидел в компании, выпивал, обычный парень. А когда я впервые услышал в общежитии ВГИКа его песни, с магнитофона, я сразу понял - говорю это без всяких комплиментов себе задним числом, что это личность и суперталант. Только я представлял его старым, пожившим, видавшим виды человеком, израненным солдатом. А он оказался молодым, смешливым, с прекрасным чувством юмора, внимательным собеседником. Для меня сомнений в том, что это великий поэт, не было. Вот его друзья-поэты, сомневались в этом. Имея таких друзей-поэтов, как Ахмадулина, Вознесенский, Евтушенко, Рождественский, Поженян он не смог осуществить свою мечту: увидеть при жизни напечатанным сборник своих стихотворений.  Один из перечисленных мною поэтов, незадолго до своей смерти, сказал  мне: "Я готовлю сейчас сборник "День поэзии". Володя дал мне два своих стихотворения, но я сказал ему: "Не обижайся. Когда ты берешь гитару, равных тебе нет. Но как поэт... ты же понимаешь". А я могу сказать о Высоцком: и тогда, и сегодня это была великая поэзия»!   После выхода фильма, песни В.Высоцкого стали очень популярны в народе.              В.Высоцкий   действительно полюбил горы  и не раз  приезжал в Кабардино- Балкарию в последующие годы. В 1967 году он был в кафе Ай, в 1970 году он выступал в альплагерях  «Баксан», «Эльбрус», «Шхельда» и гостинице «Азау». В 1974 году его видели на Эльбрусе, в «Приюте 11». В поселке Тегенекли ему открыли бронзовый бюст.                            Но вернемся к нашей дороге. После гостиницы Иткол , примерно через  300 метров, слева по ходу, поворот к подъемнику  на гору  Чегет.  Еще через 500 метров после поворота на подъемник,  справа видны  одноэтажные   деревянные домики пионерлагеря, который работал тогда  только летом. Чуть дальше слева, по ходу,  деревянное двухэтажное  строение- это летняя база общества Динамо.  Перед въездом в поселок Терскол, слева по ходу движения, находилась   турбаза   Министерства  обороны  « Терскол». Ранее это было двухэтажное здание военно-туристско-альпинистской базы РККА (Рабоче-Крестьянской Красной Армии).  Видно, что  на территории турбазы возводится многоэтажная гостиница.                                                                                                  Затем автобус въезжает в поселок Терскол. Поселок расположен в конце  ущелья на высоте 2100 метров. В нём живут горцы – балкарцы, кабардинцы и люди самых разных национальностей, чьё сердце навсегда принадлежит этим горам.                                     19 февраля 1963 года вступила в строй первая в стране канатно-кресельная подвесная дорога  «Чегет-1».  Нижняя станция находится на высоте 2100 метров над уровнем моря, на Чегетской поляне  у подножия горы.  Верхняя стоит на отметке 2750 метров. Длина дороги 1600 метров. Время подъема 11 минут. Трос поддерживают 18 стальных мачт-опор, установленных на разном расстоянии друг от друга, с учетом разнообразности рельефа. Подвесная дорога  позволила  туристам  из близлежащих туристических баз: Шхельда, Эльбрус ( Тегенекли), Адел-Су, а также  «диким» туристам  из поселка Терскол и других мест пребывания   скользить   с горы Чегет.                                                В конце 1966 года была пущена вторая очередь канатно-кресельной дороги «Чегет-2», которая на 950 метров удлинила существующую трассу. Время подъема 6 минут. Теперь ее верхняя станция находилась на высоте 3040 метров.                                                       В том же году на склонах Чегета смонтировали семисотметровый лыжный подъемник  местного значения ( бугель). Он установлен несколько в стороне от «канатки» и служит для тренировки горнолыжников в районе, находящемся несколько ниже верхней станции первой очереди Чегет-1.                                                                                    В 1966 году Кабардино-Балкарский областной совет по туризму и экскурсиям открыл у верхней станции Чегет-1  небольшую хижину с кафе под названием «Ай», что в переводе с балкарского «Луна».          Кафе расположено на высоте 2750 метров. Его круглое здание, примостилось  на искусственно созданной площадке прямо на склоне горы.                                                                                                                                                                                                                                                                                          Оно было первым и, пожалуй, единственным высокогорным кафе в СССР. Его изображение, растиражированное многочисленными открытками, фотографиями и значками, стало визитной карточкой Приэльбрусья.
           
Место это поистине культовое. Кафе неразрывно связано с бардами и исполнителями  авторской песни.  Юрий Визбор любил останавливаться в хижине у кафе «Ай». Здесь рождались тексты его новых песен и сюжеты для рассказов. В 90-ые годы кафе «Ай» послужило съемочной площадкой для фильма «Завтрак с видом на Эльбрус» - экранизации одноименной повести Ю.Визбора. 27 марта в 2006 году на горе Чегет  была  установлена мемориальная доска одному из основоположников жанра авторская песни, известному барду, журналисту Юрию Визбору. Подтвердить не могу, т.к. более 30 лет на Чегете не был.                                                                                                                                                                Итак, в 1966 году вступила в строй  гостиница Иткол, кафе АЙ,             работали два кресельных подъемника Чегет-1, Чегет-2 и бугельный подъемник на горе Чегет.                                  С кафе "Ай" открывается красивейший вид на Баксанское ущелье, посёлок Терскол, двуглавый Эльбрус с одной стороны и на Донгуз-Орун, Когутаи и Накру с другой.                                                             Снежные вершины Кавказских гор и, конечно, Эльбруса воспел в своем творчестве великий поэт России А.С.Пушкин. Не оставили без внимания Эльбрус в своем творчестве  и М.Ю.Лермонтов, и В.А Жуковский.                                                                                                 Первый раз А.С Пушкин попал на Кавказ в 1820 году.  А.С. Пушкин был выслан служить в Екатеринослав ( Днепропетровск). Летом в 1820 году   катаясь однажды  по Днепру, он  простудился и схватил жесткую горячку. В это самое время через Екатеринослав  к Кавказским минеральным водам проезжал генерал Раевский, известный ветеран 1812 года.  Сын  Раевского Николай  был другом А.С Пушкина.  Николай Раевский разыскал его и принял участие в его выздоровлении.  Когда  Пушкин немного поправился, старый Раевский  предложил ему сделать путешествие вместе с его семьей на Кавказ и Пушкин охотно принял предложение. Два месяца Пушкин провел в Горячеводске                        ( Пятигорск).  Пушкин смотрел с  возвышенностей, на которых стоит Пятигорск, на цепь гор  и у него родились  замечательные  строки, которые вошли в поэму « Кавказский пленник»:                                                                                     Великолепные картины!

Престолы вечные снегов!

Очам казались их вершины

                        Недвижной цепью облаков.

И в их кругу колосс двуглавый,

В венце блистая ледяном,

Эльбрус огромный, величавый

 Белел на небе голубом.                                                               

Исполинский Кавказ поразил  его воображение и вдохновил  на создание многих поэтических произведений.   Я думаю,  глядя на двуглавый  Эльбрус в 1820 году, А.С.Пушкин знал,  что Эльбрус является неприступным и непокоренным хозяином  Кавказских гор и самой большой горой в Европе.                                                                                Во второй раз А.С. Пушкин посетил Кавказ в 1829 году.  В 1928-1929 годах Россия  вела Кавказскую войну с Турцией ( Василий Потто. «Кавказская война»).                                               Несмотря на то, что шла война,  командующий войсками на Кавказской линии и в Черногории   генерал  от кавалерии Г.А. Емануель ( Эмануэль), находящийся в подчинении генерала  И.Ф. Паскевича,  в составе 650 человек пехоты, 350 линейных казаков и  2-ух  орудий 3-х фунтового калибра в соответствии с предписанием  26 июня 1929 года из  Горячеводска      (Пятигорска) начал экспедицию по  обозрению ближайших окрестностей Эльбруса и прочих открытий.  В экспедицию входили и члены Императорской Академии Наук: адъюнкт Академии Э. Ленц  для физики ( Эмилий Христианович Ленц родился в 1804 году, умер в 1864 году.  Знаменитый русский физик, океанограф и путешественник, профессор, доктор филологии, действующий член Российской академии наук, исследователь Камчатки.   Вспомним закон  Джоуля-Ленца. Последние годы был ректором СПб университета), адъюнкт Дерптского университета К.Мейер  для ботаники и господин Э.Менетрие, хранитель Зоологического кабинета Академии. Сверх того, по части геологии, по распоряжению Горного департамента, командирован с  этой же экспедицией чиновник 8 класса Вансович, венгерский ученый Янош Бессе были и другие гражданские специалисты. Видно, что Российская академия наук    придавала  большое значение экспедиции на Эльбрус.                                                                                                               Вот как описывает  Н.Б. Голицын покорение Эльбруса ( Н.Б.Голицын был адъютантом у генерала Емануеля): « Г[осподин] Ленц, в сопровождении двух черкес и одного казака, домогался еще достичь до самого верха и отправился было в путь, но, пройдя довольное пространство и не доходя до последней вершины, как полагает, на 600 футов  он должен был также отказаться от дальнейшего восхождения. Между тем как академики, пораженные такой неудачей, должны были возвращаться один из черкесов, карачаевец по прозванию Киллар, отправясь отдельно от прочих, в одиннадцать часов утра очутился на самой вершине Эльбруса. Генерал Емануель, наблюдая из лагеря в зрительную трубу, первый усмотрел Киллара, стоявшего на верху Эльбруса, и все окружающие его поспешили удостовериться в том своими глазами. Пушечные выстрелы возвестили о том всему лагерю. В то время как Г[осподин] Ленц, не имея сил идти далее, отдыхал от усталости, Киллар уже успел возвратиться с верху горы и прибыл в лагерь целым часом прежде г[оспод] академиков. Генерал наградил его по назначению, дав еще сверх того тонкого сукна на черкеску, и за обедом первый бокал шампанского был выпит за его здоровье».                                                                                                                                              Привожу текст из рапорта генерала Емануеля на имя управляющего Главным штабом Его Императорского Величества, господина  генерала  от кавалерии Чернышова:              «10-го числа в третьем часу по полуночи, пользуясь благоприятною погодою, выступили все к исполнению предложенной цели, но после самых величайших усилий, достигнув выше половины Эльборуса, обратились назад, один только кабардинец по прозванию Хиляр ( Киллар), успел достигнуть около 11-ти часов самую вершину сей Горы, на которой водрузил палку с ним имевшуюся и обложив ее камнем, спустился обратно, показав первый возможность быть на высочайшей из гор в Европе, почитавшейся по ныне вовсе неприступной. Принесенные же сим Хиляром (Килларом) два камушка с самой вершины Эльборуса вашему Сиятельству присем честь имею представить».                                   И подпись Генерал от кавалерии Емануель. ( Личная подпись). № 174.  Июля  22 дня 1829 года. Горячеводск ( Пятигорск) . Практически идентичный  рапорт был направлен генералу Паскевичу в Тифлис 30 июля 1829 года за № 180.                                              Рассмотрим гипотетический случай: мог ли  А.С. Пушкин  участвовать в экспедиции  покорения Эльбруса и тогда возможно появилось  бы поэтическое произведение  «Путешествие на Эльбрус». И двигался бы он при этом не вдоль Терека, а вдоль реки Баксан. И знал ли он, вообще, о подготовке   экспедиции на Эльбрус и покорении          ею Эльбруса.                                                                                                                                  Мы знаем, что на самом деле в июне- июле   1829 года  А.С. Пушкин  добровольно участвовал в походе покорения крепости  Арзрум ( Арзерум) в азиатской части  Турции и в результате этого   появилось произведение  «Путешествие в Арзрум», которое он написал в 1836 году.     А.С. Пушкин хотел принять участие в военных действиях, но Император Николай Павлович( Николай I)   отказал ему  в этом. Заметим, что его брат Левушка служил офицером в Нижегородском  драгунском полку на Кавказе. По совету одного из друзей А.С. Пушкин самовольно  отправился на Кавказ  к брату.  15 мая 1829 года он прибыл в Георгиевск ( Ставропольский край), затем  на Горячие воды (Горячеводск , сейчас Пятигорск) и обратно в Георгиевск.  В Георгиевск он проехал через Ставрополь.  В Ставрополе в то время  находился дом командующего  генерала Емануеля.  Генерал Емануель в это время  готовился к экспедиции на Эльбрус. Адъютантом у генерала был Б.Н.Голицын, который был предположительно с 1810 года знаком с А.С. Пушкиным и был одним из лучших переводчиков стихов Пушкина на французский язык.  Неизвестно  встречался в этот короткий приезд А.С. Пушкин в Ставрополь или  Горячеводск   с Б.Н. Голицыном. Знал ли он, что готовится экспедиция  по  обозрению ближайших окрестностей Эльбруса, неизвестно.  Ничего не говорится и о  том,  был ли представлен А.С Пушкин  генералу  Г.А.Емануелю в этот период.                                                                       16 мая 1829 года Пушкин прибыл в Екатериноград    на  территории Кабардино – Балкарии, откуда  начинается военно-грузинская дорога. Отсюда А.С Пушкин отправился в Тифлис  и далее  в армию  генерала  Паскевича. Тифлис  тогда был не только административным, но и культурным центром Кавказа. С центральными городами России он был соединен регулярной почтовой связью  Тифлис-Петербург, учрежденной в 1826 году, при открытии военных действий с Персией.  «В хорошие времена года, в особенности зимой, мы получаем здесь известия с обеих столиц с невероятной скоростью- из Санкт-Петербурга экстра-почта приходит в 11 дней, а из Москвы- в восемь» ( Тифлисские ведомости, 1829г).                                                                                                                  13 июня 1829 года А.С. Пушкин прибыл в лагерь войска генерала И.Ф. Паскевича.     А.С. Пушкин не был представлен ранее  генералу И.Ф Паскевичу и  не мог  узнать от него  об экспедиции на Эльбрус. Возможно, при других обстоятельствах он мог бы принять участие  в этой экспедиции. Он был представлен генералу И.Ф.  Паскевичу  Н.Раевским только по прибытию  в расположение армии, т.е. 13 июня 1829 года. Я думаю Паскевич знал, что генерал Емануель ( Эмануэль), который подчинялся ему,   собирается в июне совершить экспедицию на Эльбрус, но, видимо, ничего не сказал Пушкину об этом.  Иначе, как мне кажется,  А.С. Пушкин в произведении  «Путешествии в  Арзрум» упомянул бы о покорении Эльбруса, которое было напечатано в 1836 году.                                              Корпус генерала  Паскевича  двинулся из Турецкой крепости  Карса, вместе с войсками ехал и А.С. Пушкин. Турецкая крепость Гассан-Кале, которую А.С. Пушкин называет "ключом Арзерума" ( Эрзерум), досталась генералу Паскевичу без боя 24 июня, а 27 июня  без боя пала мощная Турецкая крепость Арзрум ( Арзерум).  26 июня  генерал  Г.А.Емануель из Горячеводска  с экспедицией  двинулся  к Эльбрусу.                                             Хочется отметить поведение в то время русской армии в занятых городах. В противоположность тем сценам насилия, которые творились в городах, занятых турками и персами, в покоренном русскими Арзруме было тихо. Не тронуты были и гаремы пашей, воевавших против России. Как писал Пушкин, в Арзеруме, где находилось 10 тыс. русского войска, "ни один из жителей ни разу не пожаловался на насилие солдата". Достойный пример любой армии мира. Я думаю в  XXI веке  в это трудно поверить.   Хотелось бы посмотреть, что стало бы, если бы в завоеванный Турецкий город 1829 года вошла бы  Российская армия «современного разлива». Возможно, я напрасно иронизирую, все было бы как в те далекие времена. По этому вопросу каждый может высказать свое мнение.         21 июля 1829 года А.С. Пушкин покинул Арзерум, а успешная экспедиция к Эльбрусу возвратилась в Горячеводск ( Пятигорск).  С 1  по 6 августа А.С. Пушкин находился в Тифлисе, а в это самое время сообщение генерала Емануеля о покорении Эльбруса спешило из Горячеводска через Тифлис в Арзерум,  к генералу Паскевичу.                  Итак, А.С.Пушкин мог узнать о готовившейся экспедиции на Эльбрус от Б.Н.Голицыны или от самого генерала Емануеля, когда в середине мая проезжал в Тифлис  и останавливался в Георгиевске, Горячеводске (Пятигорске) или в Екатеринограде на территории Кабардино- Балкарии.  Мог узнать в июне- июле месяце  от генерала Паскевича или от друзей офицеров, когда находился в корпусе Паскевича.     Ничто не говорит о том, что  Пушкин узнал что-либо об экспедиции на Эльбрус.                                 10 августа  А.С. Пушкин   прибыл в Владикавказ, а затем отбыл в Минеральные воды. 8 сентября 1829 года он выехал в Москву. Если бы экспедиция на Эльбрус началась не 26 июня, а в августе месяце, то с большой вероятностью А.С. Пушкин мог принять участие в экспедиции. Отметим, что август- самый лучший месяц для восхождения на Эльбрус, в это время стаивает снег, открываются все трещины во льду.  И русская литература могла бы обогатиться еще  бы  одним шедевром. Пушкин прибыл в Тифлис 26 мая  и мог к 26 июню вернуться в Горячеводск, т.е. не ездить в армию Паскевича.  Если бы он сделал это,  то шансы участия А.С. Пушкина в экспедиции на Эльбрус возросли бы. Экспедиция на Эльбрус  началась 26 июня 1829 года  и закончилась 21 июля 1829 года, а А.С. Пушкин прибыл в Минеральные воды  после похода  11 августа 1829 года. И в этот период нет данных о том, что Пушкин что-либо узнал о покорении Эльбруса.                            Весть о первом восхождении на Эльбрус облетела многие страны. Заметка  об экспедиции на Эльбрус в 1829 году  появилась в «Тифлисских ведомостях», в «Одесском вестнике» на русском и французском языках, в  прессе Парижа и Лондона.                                               В сентябре  месяце  1829 года  А.С.Пушкин находился в Москве, а 20 сентября 1829 года   в Петербурге в газете «Санкт-Петербургские  ведомости» № 113    вышла статья «Экспедиция на Эльбрус».  Газета «Петербургские новости» имела подписчиков в различных городах России. Газета явно доставлялась и в Москву. Сам генерал Г.А.Емануель (Эмануэль) после успешной экспедиции на Эльбрус был избран почетным членом Академии наук.  16 ноября 1829 года А.С.Пушкин прибыл в Петербург.                          Об успешном покорении Эльбруса А.С.Пушкин мог узнать в августе-начале сентября 1829 года  от офицеров корпуса генерала Емануеля, от самого генерала или от его адъютанта Б.Н Голицына.  Он мог узнать и позже в Москве или  Петербурге от своих светских знакомых или из газеты «Петербургские новости», а также из других источников. Видимо, в тот период литераторы не дружили с Российской академией наук, хотя в XX веке было время физиков и лириков.                                                                                                           Я не нашел  в литературе  ни одной ссылке, где бы А.С. Пушкин  упомянул об  успешной экспедиции на Эльбрус.  Вся информация об экспедиции «как бы»  прошла мимо  А.С.Пушкина.  Хорошо, если бы кто-то меня поправил и опровергнул бы мои выводы о том, что  А.С.Пушкин  ничего  не знал об экспедиции на Эльбрус или знал, но не упомянул об этом в своем творчестве и в переписке с друзьями.                                                      Вернемся из XIX века в XX в век, в Приэльбрусье   60-х годов.             Эльбрус был покорен в 1829 году, а мне надо было «покорить»  Чегет в 1965 году.                                                   1966 год был годом крупнейших соревнований по лыжному троеборью на Чегетской лыжной трассе. Там состоялись зональные и финальные соревнования Третьей зимней спартакиады Российской Федерации, финал Второй зимней спартакиады народов Советского Союза, соревнования спортсменов Вооруженных Сил СССР, добровольных спортивных обществ профсоюзов и, конечно, воспитанников детской спортивной школы Приэльбрусья. Приезжали и зарубежные гости — спортсмены из Швейцарии.                                 С вступлением в строй в 1968 году гостиницы «Азау», поляна Азау стала наивысшей  обитаемой  точкой  Приэльбрусья (я не знаю сохранилось ли это название сегодня). Пятиэтажная гостиница сооружена из бетона, стекла и пластика.  Поляна Азау расположена между поселком Терскол и склоном Эльбруса, на высоте 2300 метров над  уровнем  моря. И поселок Терскол, и поляна Чегет не намного, но все-таки ниже поляны Азау. Азау- это название не только поляны, но и ледника на Эльбрусе. Здесь кончается дорога, проходящая через Баксанское ущелье.  Дальше ехать некуда- дорога упирается прямо в Эльбрус.                                                                                                                                            В конце 1968 года   вступило в строй  первое высотное здание Приэльбрусья—восьмиэтажная турбаза-гостиница Министерства обороны СССР — «Терскол» на 520 мест.            Между тем строительство в Приэльбрусье продолжалось.                                                       В 1969 году начала действовать первая очередь «Большой эльбрусской канатки» от станции «Азау» до станции «Кругозор». Туристы из гостиницы Азау получили возможность скользить не только на Чегете, но и на Зльбрусе.                                                         В этом же году на Чегете   заработала двукресельная подвесная дорога.  Она расположена   справа от однокресельной  канатной дороги Чегет-1 и  дублирует ее. Время подъема 17 минут.                                                                                                                                              В 1972 году вступила в строй гостиница «Чегет».    Гостиница расположена у основания горы  Чегет. Рядом с гостиницей комплекс кресельно-канатных дорог "Чегет", а вокруг сосновый бор.  Вместимость  восьмиэтажной  этажной   гостиницы   «Чегет»   до 300 человек, номера блочного типа.                                                                                                 Последующее строительство в Приэльбрусье  я уже детально не знаю, т.к. последняя моя поездка была в 1976 году.                                                                                         Автобус остановился  в центре поселка Терскол. Поселок как бы с двух сторон зажат горами. За поселком идет дорога на гору Эльбрус.  С автобуса вместе с нами  сошло несколько человек.  Поселок расположен на высоте 2100 метров, в нем живут горцы. У многих имеются  по несколько десятков овец.  Овцы пасутся на краю поселка у подножия гор.   Когда- то он служил местом проживания персонала по обслуживанию района рекреации   ( восстановление).  Это комплекс оздоровительных мероприятий, осуществляемых с целью восстановления  работоспособности и здоровья.  Дома в поселке двухэтажные, выкрашены в желтый грязноватый цвет.  Посередине поселка находится баня.  Всего домов тридцать или чуть больше. В поселке была научная станция МГУ, которая исследовала горы, ледники и образование лавин.                                                    В поездках на Чегет я останавливался два раза в поселке Терскол, снимал жилье, один раз в пионерлагере и два раза на турбазе Минобороны «Терскол». Жил несколько дней и на спортивной базе Динамо, но потом переехал в поселок Терскол.                                       Попробую рассказать, как был налажен  быт в различных местах проживания.             Жизнь в поселке Терскол  сводилась  к ночлегу и двухразовому чаепитию: утром и вечером.  Основное время уходило на скольжение с горы, с   8-и   утра до 16 часов.  Затем обед в шашлычной где-то  до 18 часов. После шашлычной  забросишь лыжи в комнату и если силы остались то  прогулка по «Бродвею»: от поселка  Терскол  до гостиницы Иткол и обратно. Когда была построена гостиница «Азау», я иногда ходил до нее и обратно. Однажды, когда я шел от гостиницы Азау вниз к поселку Терскол, справа от меня с гор сошла лавина. Расстояние было километр или больше. Дышать стало трудно, кислорода не хватало.  Я побежал, чтобы выйти из зоны действия воздушной волны. Да, даже на таком расстоянии лавина дает знать о себе. Ночной досуг практически отсутствовал, что компенсировало горными пейзажами и низкими ценами.  Можно было   пройти в холл турбазы  Минобороны и там провести время, но для этого надо  было раздеться  дома  и подстроиться под туристов с турбазы.  В холле турбазы знакомились с цивилизованными туристами с целью использовать  их душ в номере. Так как в СССР «секса не было», то и проблем с этим не возникало.   В  съемной комнате нам разрешали использовать кипятильник,  душ не использовался, т.к. ванна была забита различными старыми  вещами.  По определенным дням  в  поселке работала  баня. В семьях, на первый взгляд,  были  один или два ребенка. В школу детей возил  автобус в район Тегенекли.  Многие женщины работали  в гостиницах, турбазах, продавали   на рынках овечью шерсть и другие поделки из шерсти, выглядели они, как правило, старше своих лет. В субботу и воскресенье на поляну Чегет , к подножию горы, приезжали  автобусы с отдыхающими  и в эти дни расцветал  импровизированный рынок: шерсти, вязанных шапок, носок, шарфов и другой мелочи.  Я привез дочери  с такого рынка овечий воротник к пальто.   Этот рынок особенно  расцвел, когда была построена двукресельная ( парная)   подвесная дорога в 1969 году.  Резко возросло количество автобусов с отдыхающими из санаториев, их стали оперативно поднимать  до кафе  Ай. Там они любовались панорамой гор и могли зайти в кафе.  Затем снова они  садились в кресло подъемника и спускались вниз. КПД подъемника возрастало.   В связи с большим притоком  по выходным отдыхающих из санаториев  дням на поляне Чегет  была открыта небольшая торговая точка, где продавалось вино в разлив,  чай, кофе и  различные булочки и  конфеты. Те, кто боялся садиться в кресло подъемника или хотел панораму гор увидеть более рельефно, принимали вино, как лекарство  и были счастливы разнообразием лекарств.  Иногда подвесная дорога вставала  по разным причинам, иногда из-за начинающих горнолыжников или отдыхающих,  иногда по своим электрическим  причинам. Некоторые  кресла с пассажирами  висели над ущельем по несколько минут  на высоте примерно 30-40 метров, раскачиваясь на ветру.  В этот момент, кто принял «успокоительное»  в торговой точке,  тот был спокоен и готов к внезапному десантированию без парашюта, а другим  вынь да подай парашют или хотя бы большой зонтик.  Это было несправедливо, но в жизни  и нет справедливости, иначе было бы  неинтересно жить.     Зато  некоторым отдыхающим  из санаториев   было  что вспомнить и может некоторые из них и исцелились от своих болячек   от  качания и висения  над пропастью. Не все же больным лежать в высокогорных пещерах, можно и повисеть в кресле.  Медики должны об этом подумать, а уж коэффициент полезного действия подвесной дороги, как возрос бы.  Можно было бы и отказаться от подъема горнолыжников на гору и они для своего здоровья лазали бы ногами.  В настоящее время возле подъемника висит объявление: Лицам  страдающим сердечнососудистыми заболеваниями подъем по канатной дороге не рекомендуется!  В 60-ых годах  такого объявления не было.                                                              Мы, конечно, в выходные дни  все это учитывали, поднимались на первом  Чегет-1 подъемнике  до 10-и часов утра и не спускались вниз до   2-х часов дня, т.к. болячек в то время у нас не было.   Катались либо на бугеле, либо  использовали  подъемник Чегет-2.                       Жизнь в пионерлагере отличалась от жизни в поселке Терскол. Пионерлагерь представлял  из себя с десяток щитовых деревянных домиков  с туалетами на улице.  Он  работал только летом. Зимой  небольшие   домики закрывались на замок.  Летний лагерь зимой охранял сторож, который жил в одном из домиков.  Домики были электрофицированы,  но розеток внутри них  не было.  Был только свет. Я  с Ивановым и еще с  одним  туристом , который присоединился к нам, не смогли найти жилье  в поселке Терскол.  В Москве нам сказали, что можно попробовать снять домик в пионерлагере, это худший вариант, но самый дешевый.  Мы нашли сторожа и уговорили его сдать нам  один домик. Мы москвичи  и нам можно доверять.  Кровати в домике были, а вот матрасов и одеял  не было.  Мы упросили, чтобы нам дали по два матраса и по одной подушке на человека.  На одном матрасе мы спали, а другим накрывались, спали в одежде.  Рядом с домиками протекал небольшой ручей,  вода была чистая и быстрая, видимо, с ледников Эльбруса. Был конец февраля.  Утром просыпались  около 7 часов утра и шли к ручью умываться. В первое утро остались без  чая, кипятильники не было куда воткнуть.   Но после скольжения в этот день   Иванов принял инженерное решение.  Он взял две бритвы, нашел два провода, вывернул лампу и патрон и прикрутил два провода к контактам.  Не помню, что он вставил между бритвами.  Послали примкнувшегося туриста  в магазин в поселок  Терскол  за кастрюлей.  Утром брали воду из ручья  и  кипятили воду для чая. Запомнился случай, когда пробовали сварить манную кашу, но не помню, чем все кончилось. Продукты к чаю на первое время у нас были из дома.  Свет нам был не нужен. Комната была небольшая и своим дыханием ночью  удавалось немного согреть воздух. Сырые ботинки сохли прямо в комнате на одной пустой кровати.  Окна были забиты досками. Каждый может представить такой быт, но мы были молоды и помешаны на скольжении с гор, а  спуски с горы  были настолько  разные, что  каждый мог выбрать себе на любой вкус.  И это был для нас  полный адреналин. Вставали рано,  ложились тоже рано. С таким бытом 10-12 дней скольжения с Чегета  хватало эмоций на весь год.  Уходили из домика около 8 часов утра, т.к. надо было занять очередь на подъемник, подъемник включался в 9 часов утра.  Если придешь к 9 часам, то можешь простоять до 2-х часов в очереди. Со всех  близлежащих  турбаз свозили туристов. Когда живешь в частном секторе, то эта проблема  решается просто.  А вот,  когда жил на турбазе  Минобороны «Терскол», то для «сильной» группы пришлось переносить завтрак  на 8 часов утра и при этом  все равно несколько человек  уходили   без завтрака занимать очередь.  Мы приносили им  часть завтрака к подъемнику. Обедали, как уже было сказано,  в шашлычной в  пять  часов вечера, она находилась  на развилке ответвления дороги на подъемник.  Подъемники  выключались в  четыре  часа дня.                                      Жизнь на туристической базе Минобороны «Терскол»  была самая комфортная при поездках на Чегет. Был я на турбазе  два раза.  Путевки удавалось,  но не всегда, купить в Министерстве обороны на Фрунзенской набережной.  Цены были приемлемые для инженера.   По работе я  был два или три раза в Министерстве обороны, когда согласовывал  испытания  антенных блоков в в/ч 03080.  Столовая поразила только тем, что в общей очереди стояли как полковники, так и генералы. Распорядок на турбазе был  армейский, т.к.  турбазой  руководил, кажется,  полковник. Утром зарядка, причем инструктор следил  за присутствием каждого. Сначала пугали, что кто не выйдет на зарядку, не получит своих  лыж в раздевалке для скольжения.  На третий день все стали  носить  лыжи в номера, но на зарядку ходили.  Номера были блочные  на 2-х и 3-х  туристов, туалет и душ.  Обед в 15 часов , поэтому скользить прекращали в 14 часов.  Я был в «сильной» группе, т.к. при спуске с Чегета не отставал от    костяка группы, сказывалось, что я  уже был не первый раз на Чегете.  Минус для меня было то, что  скользить надо было только группой, не опережать и не отставать.  Приходилось юлить, говорить, что-ты устал и хочешь посидеть на солнышке у кафе  Ай до следующего  подъема группы.   Пока группа спускалась до самого низа, потом стояла  в очереди на подъемник, потом поднималась, я успевал подняться на подъемнике Чегет-2 и спуститься к кафе Ай. После обеда отдых, а затем ужин, иногда вечером  были  танцы в холле. Обычно после ужина прогулки по дороге между  турбазой  Терскол  и гостиницой  Иткол или поход с бутылками на источник за минеральной водой.  Вспоминаю одного инструктора, был он из Прибалтики, блондин, а лыжи были у него «White Star». Скользил  он, как «бог», тогда  в моем понимании.  Он был инструктором  не в нашей группе. Он показывал  другой группе, как надо поворачивать на параллельных лыжах  на очень маленькой  скорости.  Я так и не научился этому. «Слабые» группы- это кто первый раз встал на горные лыжи, они  не поднимались на гору  Чегет, их учили на поляне Чегет перед подъемниками. Через несколько дней их поднимали до кафе Ай, там они скользили  с небольшого склона, а затем на подъемнике снова спускали вниз  на поляну Чегет.  В первый день  своего приезда на турбазу Терскол   у нас было собрание, на котором нам объявили, что в предыдущий заезд разбился на смерть турист, кажется подполковник,  и нужно собрать по рублю на цинковый гроб, чтобы отправить тело на родину. Говорили, что   он с большой скоростью ударился в одну из опор.  По трассе между опорами  туристам из  турбазы Минобороны скользить было запрещено. Видимо, он  не рассчитал свой адреналин с физическими возможностями. В таких условиях, когда чувствуешь, что «понесло», надо падать и не просто падать, а определенным образом  до встречи с  опорой и не только с опорой.                                                                                                Трассы Чегета.  Чегет называют «великим и ужасным», мол, по сложности и опасности скольжения все горнолыжные курорты мира делятся на два типа: Чегет и все остальные. Мне трудно судить об этом, т.к. я не был на остальных  горнолыжных трассах.             Многие  эпитеты о Чегете    я почерпнул из интернета. Действительно, наша первая высокогорная лыжная трасса на Кавказе завоевала мировую известность и зарекомендовала себя как одна из сложнейших горнолыжных трасс мира. Сам по себе горнолыжный центр- самый экстремальный и самый необустроенный из центров такого рода, по мнению некоторых авторов.                                                                                                В соревнованиях на Чегете  на первенство Советского Союза участвовали ( вне зачета) зарубежные гости спортсмены- горнолыжники из Швейцарии и Австрии.                       Сторожилы рассказывали, что когда СССР захотел проводить  зимнюю Олимпиаду и этапы Кубка мира по горным лыжам, то  на северном склоне, в зарослях карликовых берез, прорубили узкую S-образную трассу.  Протестировать трассу  пригласили знаменитого «про» из Австрии, Карла Шранца. Австриец покатался по склонам и вечером на банкете, поднимая бокал с шампанским, с улыбкой сказал ответственным лицам из спорткомитета: «Прекрасная гора. Но соревноваться здесь могут только китайцы и русские. Китайцы, потому что их много, а русские, потому что они отчаянно храбры». И выпил за хозяев.                                                                                                                                    Трассу северного склона Чегета бывалые лыжники прозвали «Доллар»: действительно, если смотреть на нее с канатки, узнаешь до боли знакомые изгибы. Официально кататься «по северам» запрещено – время от времени здесь сходят лавины и случаются жертвы. Когда я катался я не слышал, чтобы северную трассу называли «доллар».                                                                                                                                     Гора Чегет разбита по высоте на три зоны, каждую из которых обслуживает своя очередь подъемников: две нижние – кресельные, на самом верху – бугель.
Нижний участок, выходящий к  Чегетской поляне, расположен в зоне леса, так что спускаться приходится по так называемой трубе – узким коридорам между деревьями. Технике здесь не развернуться, поэтому склоны не укатывают и они покрыты огромными (порой по пояс) буграми. На фото показан такой участок.                                        
                                                                                                                                                                                                                                                     Трассы Чегета, как и ее склоны, делятся на южные, центральные  и северные. Последние считаются более бугристыми, и поэтому самыми «жесткими». Северные трассы выбирают те, кому необходимы острые ощущения и много адреналина. Официально они закрыты и кататься на них запрещено, что неизменно привлекает экстремалов .  Северный склон  способен подарить лыжнику массу незабываемых эмоций и целые лавины адреналина. Когда я был на Чегете, по северной трассе  проводили скоростной спуск у мужчин.  На одном вираже, который назывался «солнечный вираж»,  спортсмен сорвался с поворота и поломал ноги некоторым туристам и фотожурналистам, которые хотели эффектно снять несущегося спортсмена в повороте.     Центральные трассы идут в основном вблизи опор подъемников.                                                                            Южные трассы более ровные, но есть  крутые  участки,           в некоторых местах наклон достигает 45 градусов и круче, а значит ратраки не  пройдут и снег раскатывают сами лыжники, из-за этого образуются большие бугры около двух метров в высоту, где любой лыжник сдает экзамен на прочность. Когда я катался,  я не видел никаких  ратраков и были ли они в СССР в те годы я не знаю.  У внука  недавно  я видел игрушку «ратрак» и он рассказал  мне для чего он нужен и как работает.   Всегда мы сами утаптывали склон ножками, поднимались на подъемнике, затем вниз ступеньками, за это несколько спусков- бесплатно.                                                                                                                                            Всё же главное достоинство Чегета – это внетрассовое скольжение,  для людей, которые любят всплески адреналина, экстремальные и головокружительные спуски. Это скольжение  не для слабонервных, а для опытных лыжников, для профессионалов. Я редко использовал внетрассовые склоны.                                                                                 Есть неопытные лыжники, которые окрылены отсутствием всяких заграждений и по чужим следам от лыж попадают в зону  скольжения  вне подготовленных трасс по нетронутому снегу. Сейчас это называется «фрирайд».  В лучшем случае, они кое-как сползут в долину, в худшем… неизвестно, разное бывает. Очень редко, когда на Чегете обходится без жертв. Ближайшая больница находится в городе Тырныауз и в зимнее время она бывает переполнена туристами, которые получают травмы. Падать нельзя, то есть крайне нежелательно, так как отстегнувшиеся лыжи улетают очень далеко, туда же улетают и горе-лыжники, которые не могут остановиться и зацепиться. Скользить  в одиночку нельзя, так как опасны постоянные лавины.                                                                             Когда я катался,  я не знал, что такое фрирайд , просто когда выпадал снег , мы катались утром по свежевыпавшему снегу, незамарачиваясь : фрирайд это или не фрирайд. Снег был не глубокий и мы, конечно, придерживались  известных трасс.   Видимо,  в  последние тридцать лет появилось много новых  опасных трасс, поэтому интернет кипит страстями. В 60-х годах не было интернета,  не было и  этих «ужастиков».                     Вторая  зона  Чегета , то есть средняя часть горы, где работает вторая очередь подъемников, – это в основном  участки средней сложности. Заблудиться здесь сложно, так как вся гора прекрасно просматривается.
            Сухие ветры и большие высоты Чегета сделали возможным катание с ноября по май – именно столько продолжается здесь горнолыжный сезон. Впрочем, здесь катаются и в июне с верхних подъемников.       Я всегда ездил в феврале или в марте.                                               Новички предпочитают южный склон. Протекающая здесь речка делает его очень живописным, а спуски не представляют особой сложности. Правда, к концу марта так называемая Южная Мульда (самое солнечное место склона) подтаивает и кататься становится не слишком приятно.                                                                                                                   На третьем, верхнем, Чегете  трасса простая и короткая, но бугель работает здесь не всегда: если очень много снега до вершины, то он не работает.                                                        Современные трассы приведены на фото, конечно, когда я скользил  многих трасс не было.

                                                                                                       Скольжение с Чегета. Скольжение на Чегете  было разное, одно дело, когда ты свободен и сам себе хозяин на горе, другое дело, когда ты отдыхаешь на турбазе Минобороны и связан с инструктором и с  группой.     Кроме того, когда я был на турбазе Минобороны «Терскол», то уже работала не только  однокресельная дорога Чегет-1, но и двукресельная подвесная дорога.                                                                                                           Скольжение, когда ты свободен, начиналось с подъема на подвесной дороге до кафе Ай.   Это было достаточно рано, солнце еще не успевало разогреть воздух. Я садился на скамейку возле кафе,  отстегивал лыжи и любовался панорамой гор в лучах восходящего солнца. Я пытался согреться на солнышке, т.к. когда стоял у подъемника и  пока сидел в кресле   успел продрогнуть.   Спешить было некуда: внизу большая очередь, а подвесная дорога Чегет-2  включалась чуть позже. В один из таких дней  я увидел Ю. Визбора, который жил в небольшой гостинице на 10-15 человек , пристроенной к кафе Ай.  Одет он был в пуховку  и походил на инструктора по горнолыжному спорту. Катался он «прилично», без всяких  сногсшибательных трюков.   Там собиралась избранная публика, попасть туда со стороны было невозможно.  По каким критериям  подбирался коллектив туда, я не знаю, но барды известные в Москве и не только там были. Иногда руководство гостиниц приглашали их выступить перед туристами. Некоторые соглашались выступить, но не все.  Когда я был Ю.Визбор не выступал, хотя его, по моему,  приглашали.    Утром я видел,  как некоторые люди выходили из пристройки- гостиницы, вырубали кубы снега и вносили их  во внутрь для получения воды. Кафе Ай начинало работать часов в 11 утра и кроме чая и кофе в то время ничего не было. Подвесные дороги на горе  Чегет  выключались в 16 часов и кафе  Ай с импровизированной гостиницой  становилось отрезанным до 9 часов утра   от поселка Терскол и  гостиниц, расположенных в Баксанском ущелье. Продукты надо было завозить во время работы подвесных дорог.  Скользил я обычно с товарищем, с которым совместно снимал жилье в поселке Терскол  или с  В. Ивановым, когда жили в пионерлагере.  Если смотреть от кафе Ай вниз на Баксанское ущелье,  то по правую руку будет гора Донгуз-Орун (южный спуск), а по левую будет виден Эльбрус ( северный спуск). Центральный спуск был рядом с опорами подвесной дороги Чегет-1.                                                                                                                               Часов в 11 я начинал  скользить вниз, но не до  самого конца спуска, а до бугеля.  От кафе Ай длинным косым спуском,  практически поперек склона, я скользил в сторону южного  спуска.  Косое  скольжение было очень длинным и мне  приходилось останавливаться переводить дух, т.к. ноги становились ватными от напряжения.   Затем начиналась,  так называемая нижняя ( южная)  мульда.  Она представляла большую  пиалу с хорошим выкатом и скольжением внизу  косым спуском в сторону  северного спуска, т.е.  снова к опорам подвесной дороги.  В мульде можно было развить любую скорость, на которую хватит у тебя адреналина, т.е. до момента, когда адреналин уже  перерастает в страх, что тебя «несет» и ты теряешь полный контроль над своими действиями. Однажды на большой скорости в этой мульде у меня произошло скрещивание лыж, отметим, что  мы тогда  старались скользить на параллельных лыжах и держать их как можно ближе друг к другу, я упал  на бок и меня понесло вниз  до самого  выезда на косой спуск. Одна лыжа отстегнулась, а другая нет, ею я и  затормозил  падение. Когда я остановился, мой рот был полон снега. На мне был польский горнолыжный костюм из ткани типа «болонья», который прекрасно скользит по снегу.  Он у меня до сих пор исправно служит, когда я выезжаю в лес  ходить ( так и хочется сказать скользить)  ногами. Лыжи, на которых я покорял Чегет,  тоже  более  двадцати  лет  неподвижно стоят в темной комнате.  Удачно, что отстегнутая лыжа не «ушла» вниз, в лесной массив.  Туристы, которые видели падение, привезли лыжу и вязанную шапку  и спросили  целы ли мои ноги и руки. К счастью, все было цело, но запомнил я это на всю жизнь, особенно рот набитый снегом. Такое падение было однажды, другие были, но не такие и поэтому не запомнились. Проскользив на большой скорости мульду и косой  спуск к опорам подвесной дороги, оказываешься у  посадки  на  бугель. Бугелем руководил местный житель. Молодой парень с приветливым лицом.  За подъем он брал живые деньги, так что после  остановки бугеля в 16 часов  у него скапливалась груда мелочи. Точно стоимость за подъем я   не помню,  может 40 копеек.  Мы со своим напарником вошли к нему в доверие и катались бесплатно, но за это  после остановки бугеля мы оставались считать груду мелочи. Спешить нам было некуда,  это было  преимущество жилья в поселке. Сам он не любил считать мелочь.  Часть он отдавал  руководству  дорог, а остальное брал себе.  К бугелю мы подъезжали  обычно к  15 часам. До этого времени скользили либо используя подъемник Чегет-1, т.е. скользили на нижней трассе,  либо Чегет-1 и Чегет-2, т.е. скользили с самого верха до низу   в зависимости от погоды и качества снега. Небольшой самый верхний бугель не использовали, к тому же он часто не работал. Когда скользили вниз, то в самом низу попадали под опоры подъемника Чегет-1  и по кочкам,  некоторые из которых  достигали   двух метров, сползали к посадочным станциям подъемников  «Чегет».  Теперь такое скольжение выделено в отдельный вид  под названием  «Могул». По воскресным дням, когда на поляне Чегет продавали вино в разлив, выпивал стакан вина и снова на подъемник, адреналин запивал вином и это был прекрасный коктель.                                                                                                                   Когда скользил с группой и с инструктором, то приходилось подстраиваться под скольжение группы. Правда, однажды, когда была команда инструктора скользить вниз и на турбазу, сам он иногда оставался на горе, чтобы поскользить в свое удовольствие  не опекая группы, мы с одним из группы решили втихаря  проскользить вниз  по северной трассе. Она была строго запрещена для туристов турбазы Минобороны.   Инструктор поднимался на подъемнике Чегет-1  и сверху из кресла  увидел нас. Мы этого не учли.  Когда мы пришли на турбазу, нас уже ждал инструктор,  который заявил, что стоит вопрос об отчислении нас с  турбазы.  Мы пошли к старшему инструктору, написали письменное объяснение, как нас «чорт  попутал»,  и дали слово,  что больше этого не повториться.  В конце каждого заезда были проведены традиционные соревнования по слалому на Чегете.  Мой результат был прежним: первые несколько ворот мне удавалось проскользить,  далее по прямой. Тогда турбаза Минобороны  «Терскол»  имела право по своим соревнованиям присваивать  спортивные разряды.  Мне,  не смотря ни на что, было присвоен первый разряд по горнолыжному спорту. Практически всем в этой группе присвоили первый разряд.  На этом моя карьера по горнолыжному спорту практически закончилась.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                           Максим Горлов.                                                                                                                                          

  

  Бугры на спуске                                     Иткол                                                                                                       Кафе "Ай" 
 
  
 

На Донгуз-Орун                                   На Эльбрус                                                                            Трассы Чегета

 

                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                         

             

 

Тема статьи: 

Комментарии

Прекрасные воспоминания!

Прекрасные воспоминания о чудных местах и великих людях!

Я бывал в Приэльбрусье, на Чегете, в Терсколе и тоже с удовольствием многое вспомнил... Это незабываемо...

Особую окраску эти воспоминания приобретают в сочетании с песнями Визбора и Высоцкого.

Погружаешься в неописуемый восторг...

Спасибо, Максим Горлов.

Алек Хлебов

ОДОБРЕНИЕ.

Алек, я с тобой полностью согласен ! Пользуясь случаем, сердечно поздравляю всех Ветеранов полигона ПРО с ДНЁМ ПОБЕДЫ !!! Ранее,  на нашем Ветеранском сайте я обещал ВАМ всем дорогие мои, что напишу стихи к песне "БАЛХАШСКИЙ ВАЛЬС". Сейчас этот вальс мною выложен на моей странице /Канавин Владимир, г. Вологда/ на сайте ОДНОКЛАССНИКИ, на самом вверху, как подарок Ветеранам полигона ПРО и всем, кто душой и сердцем связан с в/ч 03080 ! Музыку написал и сам спел, замечательный Казахский композитор и прекрасный певец Виктор Кригер ! При положительном Вашем одобрении, мы опубликуем этот подарок ВАМ, ввиде видеоклиппа на нашем Ветеранском сайте.С Уважением и наилучшими пожеланиями,Владимир.